как я был понятым

В юности меня окружали люди, относившиеся к милиции/полиции однозначно. Причем абсолютно однозначно, будто саблей рубанули. Одни уважали, другие опасались и старались обходить правоохранителей стороной. Третьего, какого-то нейтрального, варианта не было. Откуда произросла такая радикальная категоричность — понять немудрено. Речь о подростках, отсюда и порывистость, к тому же эхом отзывались 90-е. Да и вообще, на дворе капитализм, а в нем человек человеку волк. Но все же была и более прозаичная причина.

Мой родной город Йошкар-Ола — местечко уютное и компактное, живет здесь всего около 280 тысяч человек. Есть у нас даже одна народная мудрость: половина йошкаролинцев спит под одним одеялом, другая половина — родственники. И мудрость эта до безобразия точна. Стоит двум незнакомым горожанам разговориться, как через 5 минут точно выяснится, что у них есть общий знакомый, брат, сват, сослуживец, стоматолог, ребенок, а как-то раз их обоих еще и пропоносило с сосисок, купленных в одном магазине.

Это рождает типичный для провинции дискомфорт, поскольку про каждого при желании можно выяснить практически все. Но есть и плюсы. Например, более-менее вменяемые люди стараются избегать случайных конфликтов с незнакомцами, поскольку есть риск, что нахамишь очередному деверю одноклассника. И ходи потом, объясняйся. А если одноклассник вырос до замначальника какой-нибудь пожарной инспекции, так еще и проставиться придется. Так что, в среднем, город у нас спокойный. В среднем.

Есть у Йошкар-Олы и еще один определяющий ритм города элемент — центральный бульвар. Вернее, это два бульвара (Победы и Чавайна), разделенные парком. Это и главная туристическая артерия, и локация с наибольшим количеством увеселительных заведений, и вообще центр всего и вся в городе. Короче говоря, наш Арбат, Бродвей и Елисейские поля вместе взятые, куда в праздники и в будни, в зной и в стужу собирается весь честной народ. Натурально ось всея марийской земли — люди сюда неизбежно сползают, как бедные молодожены в центр продавленного матраса.

Казалось бы, к чему здесь этот экскурсоводческий пассаж? А все просто — именно на этом бульваре и произошло мое и моих друзей знакомство с правоохранительной системой.

Впервые мы попали в милицейский околоток в 10 классе, когда решили попить пива рядом с этим самым бульваром. Было это накануне 8 марта 2006 года. Праздник удался на славу: наши мамы, которым пришлось краснеть за оболтусов перед комиссией по делам несовершеннолетних, оставались под впечатлением еще долгое время. А уж классная руководительница с директрисой и подавно, учитывая тот факт, что из-за нас школа лишилась важного гранта. И все это из-за 2,5 литров «Багбира», которые мы даже допить не успели. Ну, и из-за нашей тупости.

Мы тогда полностью признали вину, раскаялись и поклялись встать на путь исправления. И были вполне искренни, так что государство простило нас и даже на учет не поставило. При задержании милиционеры нас не били, в отделе не пытали, при этом смотрели со скепсисом, и все, от дежурного до инспектора по делам несовершеннолетних, задавали один вопрос: «А другого места вы найти не могли? Чего сразу на центральной площади не присели пивка попить?». Ответить на это нам было нечего.

Тогда дело обошлось штрафом. Больше мы на бульваре старались не пить, да и вообще переместились в другой район, где было поменьше народу. Там мы успешно отрочество и протусили, стараясь не привлекать внимание правоохранительных органов.

Следующая встреча (а вернее, сразу серия встреч) с людьми в погонах произошла году эдак в 2009-м, точно не помню. Помню лишь, что был уже совершеннолетним балбесом, а милицию в полицию еще не переименовали, но до этого оставалось совсем чуть-чуть. 

Было лето, пора чудес и мечтательных прогулок по бульвару, но с ними тогда вообще не задалось: за три месяца на этом самом бульваре милиционеры приняли меня раз 8, а то и 10. Зачем и почему — для меня до сих пор загадка. Есть мнение, что в ту пору сотрудники активно работали по молодежным бандам, но точно сказать не могу. Что скажу точно — удовольствие было ниже среднего. 

Был я один или в компании, к нам то и дело подходили милиционеры и предлагали пройти с ними для проверки документов, по отработке ориентировки или что-нибудь в таком роде. Однажды мы с другом (оба блондины) решили поинтересоваться, так что же там за ориентировка такая. Сотрудник окинул нас долгим немигающим взглядом с ног до головы и сказал: «Трое цыган. И с ними баба». Мы понимающе кивнули.

В этом и крылась главная причина раздражения, из-за которого многие приятели потом еще долго смотрели на правоохранителей со скепсисом. Никто из нас злостным бандитом не был, поэтому все эти многочисленные долгие посиделки в отделении несколько обескураживали. Да, сотрудники произвола не допускали, но и не цацкались. При этом следует упомянуть отдельно — самой напрягающей была процедура со снятием отпечатков пальцев.

Не знаю как сейчас, но тогда процесс шел так. Тебя записывают в базу, фотографируют анфас на фоне циферок с ростом, а потом валиком намазывают тебе каждый палец чернилами и ставят отпечатки в специальном бланке. Дальше тебе указывают на умывальник с настолько холодной водой, что ее, очевидно, подают прямиком с Воркуты. Естественно, мыла нет, так что обмороженные руки дочиста все равно не отмыть. В итоге так и идешь домой — с иссиня черными, сведенными судорогой клешнями.

И ладно бы это было один раз. Если такие облавы на всех подряд помогают задерживать злодеев, то пишите и откатывайте все, что нужно, благо бумага терпит (плюс, если меня убьют, может труп будет проще опознать). Но пальцы мне откатывали раза 3, причем в одном и том же отделении. И каждый раз на все мои возражения сотрудники лишь пожимали плечами и клали на стол новый бланк для отпечатков.

Если бы не откатывание пальцев, вся эта ситуация была бы даже забавной. В целом, я ее так и воспринимал — вроде и фигня какая-то, но зато какой опыт. Можно и на околотки изнутри посмотреть, да и на людей интересных. 

Помню, как в первый раз меня завели в большое помещение, где уже находилось около 30 таких же молодых бедолаг разного возраста. Все галдели, пердели, а в уголке сидел лысый паренек, который периодически начинал адски хихикать, будто его щекочут, скалясь четырьмя оставшимися зубами. Вдруг железная дверь открылась и внутрь заглянула усатая голова сотрудника. Он рявкнул, чтобы все замолчали, после чего назвал чью-то фамилию. К двери метнулся субтильный паренек, сотрудник посмотрел на него как на врага народа и сказал: «Свободен». Парень улизнул, а милиционер, оглядев оставшийся контингент, поднял вверх палец и сухо пояснил: «Золотой п***ды колпак». Дверь закрылась, и все загоготали, ведь мы-то — нормальные ребята.

***

Эпопея с задержаниями закончилась так же, как и началась — внезапно. Просто в один момент жизнь вернулась в прежнее русло, а бульвар вновь превратился из демилитаризованной зоны в место, где можно и дальше праздно шататься. Чем я активно и занялся (и занимаюсь до сих пор).

Все шло замечательно до конца зимы 2012 года. В один из дней мы шли с друганом Женей выбирать ему шторы — он недавно сделал в комнате ремонт, поэтому интерьер нуждался в обновлении. В общем, шли мы через бульвар по обычным пацанским делам, как вдруг из кустов к нам вышел одетый по-гражданке невысокий мужчина лет 35. Он поинтересовался, совершеннолетние ли мы и являемся ли гражданами Российской Федерации. Мы кивнули, на что он сказал, что пришло время нам исполнить свой гражданский долг.

На сумасшедшего он похож не был, поэтому я решил, что это замаскированный военком (как раз неподалеку стояло здание военкомата). Но я ошибся, мужчина оказался оперативником. Он показал нам удостоверение сотрудника полиции и поманил за собой. На наше возражение про шторы, мужчина ответил холодным взглядом: «Ну если у вас шторы, тогда пройдемте для проверки документов. Часика три посидим, потом пойдете».

В тот момент я почувствовал, что такой отныне и будет моя жизнь: вечное сидение в околотке, бесконечное откатывание пальцев и ледяная вода. Кто-то несет свой крест, а у меня вот такой. Очевидно, Господь обрек меня на муки за дурь, разгильдяйство и распитие пива в общественном месте на 8 марта.

Но вскоре выяснилось, что все не так плохо. Мне предстояло получить совершенно новый, уникальный опыт — полицейский пригласил нас побыть понятыми.

Сотрудник отвел нас в здание Управления МВД РФ по г. Йошкар-Оле, расположенное буквально в двух шагах от бульвара (еще раз упомяну, что это ось всея марийской земли). Мы поднялись на второй этаж и зашли в кабинет, где за столом что-то писала стройная блондинка-дознаватель, а напротив сидел лысый мужчина. Нас бегло опросили — кто мы и что мы — после чего дознаватель стала записывать наши данные. Когда я назвал свой адрес, то мельком обратил внимание на лысого. Только сейчас я заметил, что он сидел в наручниках — и пристально смотрел мне в глаза.

Из фильмов я знаю, что первыми убирают свидетелей. А что с понятыми? Наверняка ведь и их пускают в расход, стоит только преступникам узнать нужный адрес? Как я понял по взгляду и наручникам, лысый явно не чаю попить зашел, и теперь он знает мой адрес. И что же делать? Очевидно, что нужно было по-быстрому схватить протокол, съесть его и выпрыгнуть в окно, а дальше двигать в сторону финской границы.

Заметив на моем лице сомнения, приведший нас опер спросил: «Друг твой, что ли?». Лысый решил, что обращаются к нему и, глядя мне в глаза, медленно помотал головой. Я же неуверенно пожал плечами — дружба у нас явно не складывалась.     

Но хорошо, что все быстро закончилось. Дознаватель заполнила бумаги и попросила нас с Женьком посидеть в коридоре. Мы уже обрадовались, что пойдем-таки трогать разные приятные ткани для штор, но тут из кабинета вышел опер и сказал: «Ну что, поехали». По глупости я думал, что нужно будет просто подписать бумажку, да постоять для проформы в кабинете, но оказалось, что придется ехать на место преступления.

Погрузившись в «девятку», мы с Женьком начали тихо хихикать как два идиота. Опер включил на магнитоле музыку из «Бумера», что в совокупности с новизной и странностью всего происходящего нас и развеселило. Но это было только начало веселья.

Мы приехали на окраину города, где заканчивался частный сектор, и начинались бесконечные марийские леса. Высадившись возле одного из последних домиков, мы стали курить и ждать. Виновника торжества привезли минут через 30. За это время я выкурил сигарет пять, как вскоре выяснилось, закидав бычками место преступления. Вместе с обвиняемым приехала дознаватель и несколько сотрудников в форме. Дознаватель достала камеру и попросила нас с Женьком встать так, чтобы мы все время были на фоне лысого — мы встали, и лысый начал свой рассказ.

Дело было на новогодних праздниках. Он возвращался через лес от знакомых, где весело и обильно выпивал. Проходя мимо дома, где мы стояли, он увидел на его крыльце некоего кудрявого мужчину лет пятидесяти, который тоже был изрядно поддатым. Он курил, лысому тоже захотелось, и он попросил кудрявого его угостить. В ответ кудрявый послал лысого куда подальше, на что лысый ответил симметрично. Начал разгораться конфликт.

В ходе перепалки кудрявый спустился с крыльца и подошел к лысому. Сделал он это зря, лысый оказался не робкого десятка и ударил кудрявого кулаком в лицо. Тот упал, а из кармана у него вывалилась пачка сигарет и кнопочный телефон. Лысый взял и то, и другое, закурил и пошел в город продолжать новогодние гуляния. На уточняющий вопрос дознавателя — а зачем он взял телефон — лысый ответить не смог. Сказал, что ему это показалось хорошей идеей. 

Дознаватель периодически останавливала лысого и задавала вопросы, а иногда давала на камеру какие-то пояснения. В процессе мы показывали пантомимы — это было самым смешным. Например, лысого попросили показать на крыльцо, где стоял кудрявый, а нас — как бы проследить за его жестом и посмотреть в ту же сторону. Лысый встал настолько эпично, что мы не могли перестать лыбиться даже после того, как на нас рявкнула дознаватель. Было похоже на то, как если бы закованный в кандалы Петр I показывал, где будет стоять Петербург, а мы, как его верные зодчие, внимательно следили за мановением самодержца. Женек даже стал наглаживать в глубокой задумчивости подбородок, но дознаватель потребовала убрать руку от лица и быть посерьезнее. 

Сделать это было не так-то просто. Когда лысый показывал на место, где он дернул телефон, я аж раскраснелся, едва не захохотав. Он показывал точно туда, куда я ранее выкинул окурок — причем окурок воткнулся в снег перпендикулярно, а пока мы втроем на него пристально глядели, бычок упал на бок. Вполне возможно, что у меня что-то не в порядке с головой, но я едва не лопнул от внутричерепного давления, пытаясь сдержать смех. Сотрудники тоже улыбались, одна лишь дознаватель сохраняла предельно серьезный вид.

В итоге на месте преступления мы пробыли чуть больше часа. Начало смеркаться, так что съемки пришлось остановить. Одна из машин уехала, а мы остались всемером рядом с «девяткой»: я, Женек, лысый в наручниках, дознаватель, опер и двое сотрудников в форме. Оперу нужно сказать спасибо, он настоял, что нас с Женьком надо доставить до города. Вот только как это сделать, было не очень понятно. Но где наша не пропадала? Прижавшись потеснее, мы загрузились на заднее сиденье, и машина тихонько двинулась по проселочной дороге: Женек сидел у меня на коленях, посередине залез мощный полицейский, а дознаватель с камерой расположилась на коленях у лысого подозреваемого. В дороге они рутинно обменивались комментариями о том, как много давеча навалило снега и вообще, холодрыга стоит собачья.

Вернулись мы поздно, магазин тканей уже закрылся. Шторы мы в тот раз не купили, но зато повеселились и напитались житейской мудростью. Например, что в пьяном виде сигареты лучше не стрелять, да и посылать незнакомых людей на три буквы тоже не стоит. Больше мы из той компании никого на жизненном пути не встречали, и это хорошо, кажется, дознаватель говорила, что нас могут пригласить на суд, но этого не случилось.

С тех пор утекло много воды. Оценивая все эти приключения с правоохранительными органами, ловлю себя на мысли, что для полного бинго мне не хватает только самому побыть опером, а потом и подозреваемым. Или наоборот. Будет о чем написать, но, если подумать, лучше ограничиться уже имеющимся опытом.

детский сад

грузчик