Replaced от белорусских разработчиков — одна из самых ожидаемых инди-игр последних лет. Над ней работали с 2018 года, дразнили нас убийственно стильными трейлерами, а потом пропадали. Незадолго до релиза вышла демка, которая на сто процентов закрепила Replaced в статусе: «Это мы ждём», без оговорок. И ведь в итоге игра не разочаровала!
Но есть у Replaced одна интересная особенность — куда более ценная для обсуждений, чем её выдающийся арт-дизайн. О ней и поговорим. И об остальном немного тоже.
Атмосфера, стиль и режиссура в Replaced — на высочайшем уровне
Это пиксельное инди с лоском и размахом Uncharted. До Replaced сложно было представить, что такое вообще возможно. Монументальный аудиовизуальный шедевр, не скромничаем. Как игра совмещает отчасти абстрактные, современные пиксели на персонажах, детальную анимацию, трёхмерное окружение под «воксели», реалистичный свет и голливудскую режиссуру — бессмысленно разбирать. Нужно смотреть и наслаждаться. Вглядываться!
Разумеется, ретрофутуризм с неоном и синтвейвом в эту тему въехал безупречно. Красивая кинематографическая меланхолия уровня «Бегущего по лезвию 2049» — не меньше. Где-то трогательная, где-то брутальная. С выверенной под стать сеттингу и общему настрою динамикой.
Разве что условным, где-то даже примитивным геймплеем однозначно восторгаться не получается. Replaced состоит из очень простых драк в стиле Batman Arkham — исключительно на аренах — и паркура, чуть сложнее, чем в оригинальной Prince of Persia. Но это же видеоигра, важны не только механики, но и их синергия с остальными составляющими игры. Replaced бывает утомительной, но в целом её геймплейных рельсов ей же достаточно, всё работает.
Однако с первых минут нутро щекочет некий едва уловимый дискомфорт
Сквозь киношный киберпанк и синтвейв пробивается что-то очень знакомое. Одновременно родное и немного пугающее. Возникает сперва неосознанное разногласие с «американой», кропотливо собранной руками людей, чья географическая и ментальная прописка находится далеко от настоящей Америки.
Этот культурный феномен мы долго обсуждали в рабочем чате, перекидываясь мыслями и примерами. В итоге Пётр Сальников дал ему очень точное и красивое определение: «нечаянная клюква». С тех пор иначе о Replaced я думать не могу. И это касается не только её, но и всего работающего с «западными» сеттингами постсоветского геймдева, не успевшего ещё ассимилироваться с другими культурами.
Это не нарочная клюква, которую мы привыкли видеть, когда запад обращается к нашим установкам — пошлая и стереотипная, хоть и умилительно смешная. Эта клюква искренняя, сотканная из глубокого уважения к материалу. Но её авторы неизбежно спотыкаются о собственный культурный код.
Америка из видеосалона
Когда постсоветские разработчики садятся делать монументальную игру «про Америку», они чаще всего реконструируют не реальную страну с её сложной исторической социологией. Они реконструируют тот самый симулякр — точно по Жану Бодрийяру. Прекрасную копию того, чего в действительности никогда не существовало. Они делают игру не про реальные США, а про наш общий коллективный миф о них.
Этот миф медленно формировался на протяжении трёх десятилетий, начиная с 80-х, но особенно активно в 90-х. Составляющих у него много — от книг в мягких обложках до глянца. Но преимущественно он собран из триллеров и боевиков с гнусавым переводом на VHS-кассетах. Эстетику мифической Америки мы впитали не через личный опыт, а через экраны и переваренную нами же «культурную пропаганду».
Replaced в этом не одинока. Ещё более яркий пример, на котором проще всего описать явление, — This is the Police. Тоже от белорусов! На поверхности это чисто американский криминальный эпос: заснеженный Фрибург, коррупция, мафия и усталый шеф полиции Джек Бойд. Но экзистенциальные метания героя, его фатализм и весьма специфическое отношение к власти и морали — штука абсолютно «наша». Как и доступные методы решения многих проблем. This is the Police — это почти балабановщина под видом американы.
Но что забавнее всего — всё это первыми замечаем мы сами. Не условные американцы. Потому что мы чувствуем знакомый бэкграунд. Культурный багаж у нас общий.
Двойной симулякр — когда фантастический сеттинг ничего не меняет
Тут можно возразить: а где в этих рассуждениях Replaced? Её-то как натянули? Всё-таки игра — дистопичная радикальная фантастика. Тут альтернативные США, пережившие ядерную катастрофу, и очень альтернативные 80-е. Играем мы вообще за искусственный интеллект, запертый в человеческом теле. Вокруг так-то классическая киберпанковская антиутопия: закрытый город Феникс-Сити, корпоративный беспредел, едва ли не «Безумный Макс» за стенами. Разве этот мир не должен ощущаться отчасти «искусственным»?
Должен, конечно! Но здесь в игру и вступает безжалостный «двойной симулякр». Чтобы написать «убедительную» альтернативную Америку — хоть бы и сатирическую — ты должен чувствовать Америку настоящую. Когда авторы Fallout делают сатиру на США 50-х, они умело деконструируют свой реальный исторический фундамент. Берут отпечатанную именно в их культурном коде паранойю холодной войны, маккартизм и культ потребления. Сознательно искажают то, на чём они так или иначе выросли.
А когда за альтернативную историю садятся постсоветские авторы, они берут за основу VHS-миф. Игры тоже его часть, кстати! Такие разработчики вдохновляются всё тем же «Бегущим по лезвию», «Акирой» и фильмами Карпентера — и на фундаменте этих художественных произведений строят свою антиутопию. Получается фантастика, основанная на чужой фантазии. И даже не всегда американской. Ремикс копии.
Пустоты заполняются тем, что авторам ближе всего
За неоном Феникс-Сити снова суровый локальный опыт. Посмотрите, как в Replaced собирается концепт «дикого капитализма», общественного расслоения и выживания. Мир, где жизнь — это буквально разменная монета. Власть в руках частной корпорации, люди на грани и готовы друг друга по частям продавать ради выживания. Классические тропы киберпанка для одних. Вайбы эпохи первоначального накопления капитала и бандитского беспредела на фоне беспомощного ослабления центральной власти для других. Такое веками живёт в «менталитете».
Экзистенциальный ужас по Достоевскому, фатальная безысходность и быт сломленных людей на руинах государственности — это уже наш (в самом широком смысле) культурный код. И никакой неон этого не спрячет. Грязь на улицах Феникс-Сити — это не голливудский нуарный дождь, а весенняя слякоть спальника рядом с промзоной.
Нарративно всё это склеено здорово, хоть временами и трещит банальными приёмами, вроде раскиданных по углам записок. Главный герой — алгоритм, который постигает иррациональную природу людей. Это объясняет его холод и гипертрофированный страх перед обыденными для мира Replaced вещами. И это лучший выбор для сюжета и сеттинга, в которых высечено наше коллективное бессознательное.
Постсоветские разработчики пытаются говорить на универсальном языке западной поп-культуры, которую мы все уже неплохо понимаем. Но акцент настолько силён, что становится новым диалектом. Делает ли это Replaced слабым произведением? Скорее, наоборот. И даже оправдывает неловкие, совсем не «американские» диалоги. «Нечаянная клюква» — это жанр. Для нас слегка дискомфортный, но любопытный, уникальный. Направленный сразу и внутрь, и вовне.
Такие игры ничего не расскажут стороннему наблюдателю о настоящих Штатах. Зато они фиксируют, как за океаном мечтали об идеализированном недосягаемом Западе и туманной американской мечте, окружая её собственными смыслами. Как пытались приобщиться к глобальному и осмыслить собственную историю — и что из этого выросло сегодня. Ну, это если игра хорошая. А Replaced хорошая.
Replaced доступна на ПК, Xbox One и Xbox Series X|S с субтитрами на русском языке.
